— Почему должна? Ты одна знала о письмах. Одна. Я тебе одной открыла свою тайну. Как ты могла, Лиз?

— Инид, пожалуйста…

Она не закончила фразу. Инид бросила трубку. Разум Лиз долго отказывался верить случившемуся. Некоторое время она еще сидела, слушая гудки, потом медленно опустила трубку.

— Кто это был? — спросила сзади Джессика. — Ты, похоже, слегка поссорилась с кем-то?

— Это Инид. — В глазах у Элизабет заблестели слезы. — Это была Инид.

— И что ей нужно? — Джес поморщилась. — Подожди минуту, я сейчас скажу. Она никак не может решить, стоит ли ей идти из комнаты в кухню. И позвонила узнать твое мнение.

— Мне не до шуток. Инид очень расстроена. Они с Ронни поссорились, и она считает, что в этом виновата я.

От огорчения Лиз выложила сестре всю историю. Джессика бросилась к сестре и обняла ее.

— Это нечестно! Как она смеет тебя обвинять! Небось сама допустила с письмами какую-то оплошность. А теперь хочет все свалить на тебя. Я ведь всегда говорила тебе, Лиззи, она просто тобой пользуется. Ее насквозь видно. Не расстраивайся, тебе без нее будет лучше.

Элизабет высвободилась из объятий сестры.

— Я уверена, что Инид на самом деле ничего плохого обо мне не думает. Она просто очень расстроена из-за разрыва с Ронни. Это для нее такой удар!

— А ты-то-причем? Надо же такое возвести на тебя!

— Ну это я как-нибудь переживу. Но Инид меня очень тревожит.

— Лиз, я тебя умоляю! Ты, видно, решила претендовать на Нобелевскую премию мира. Я думаю, ты даже и не пыталась защищаться.

— Я сейчас хочу одного — понять, как это могло случиться. Но, боюсь, Инид не станет меня слушать. Если я ей позвоню, она скорее всего опять бросит трубку.

— А ты позвони ей в понедельник. Элизабет задумчиво пожевала губу.

— Ты права. Наверное, так будет лучше. Она сейчас в таком состоянии, что никого не станет слушать. Бедная Инид! Как Ронни мог! Из-за пары пустых писем! Ведь она с этим парнем давно не встречается.