Выдернув последние бигуди, она стала расчесывать золотистые, туго свернутые колечки. Джессика всегда завидовала тем, у кого волосы вьются от природы.

Лиз вернулась к себе в комнату и опять взялась за книгу, но не могла сосредоточиться. Почему Инид не звонит? Уже второй день нет звонка после того похода в кино. Для Инид это просто рекорд, и ведь она прекрасно знает, что Элизабет очень беспокоится, как у них с Ронни отношения. Она уже два раза звонила сама, но мать Инид оба раза отвечала, что дочь очень занята и не может подойти.

Происходило что-то странное.

Элизабет решила позвонить еще раз: если Инид снова не подойдет, надо идти к ней и узнать, в чем дело. Вдруг Инид сердится, что по ее совету поговорила с Ронни, и он порвал с ней.

Трубку взяла сама Инид, но голос у нее был чужой и холодный.

— Инид, что случилось? Что с твоим голосом? Ты простыла?

— Все нормально.

— По голосу не скажешь. Тебе что, не хочется говорить о вчерашнем? Инид сухо рассмеялась:

— Странный вопрос. Особенно от тебя. Ты все сама прекрасно знаешь.

— Инид, о чем ты? Это я — Лиз. Ну, прости меня, пожалуйста. Я, наверное, зря советовала тебе все сказать Ронни. Он очень расстроился? Ты поэтому на меня сердишься?

— Расстроился? — Инид чуть не задохнулась. — Ну пусть расстроился. Вот только узнал он обо всем не от меня.

— Узнал о той истории с полицией? Ну это не так страшно. Через день-два забудет. Это же было так давно. Ваших отношений это никак не касается.

— Он знает о письмах.

Тут уж перехватило дыхание у Элизабет:

— Знает? Откуда? Ведь о письмах знали только мы двое.

— Да, только двое, — холодно подтвердила Инид.

— Инид, уж не думаешь ли ты, что…

— А что еще остается думать? Сама скажи. — Инид заплакала.

— Я… не знаю. — Элизабет была так потрясена, что не могла даже попытаться найти объяснение происшедшему. — Инид, но ты должна мне верить. Я никогда бы…