— Зная тебя, можно подумать, что ты в курсе этой ссоры раньше самой Инид, — вмешалась подошедшая к бару Дана Ларсон и протянула Лиле стакан. — Мне только пепси. Связки приходится беречь.

Дана была солисткой в рок-группе «Друиды», школьном варианте «Роллинг Стоунз». У ребят из группы была репутация страшно крутых, но все это были домыслы. Мало кто из чужих знал, что делалось в загадочном подвале у Макса Делона, в котором они репетировали. Но в Дане ничего загадочного не было, как бы броско она ни одевалась. Сегодня на ней были черные вельветовые джинсы в обтяжку, розовые гетры с искрой и алая атласная блузка.

Кара ткнула Джессику локтем в бок:

— Смотри, какой у Ронни несчастный вид. Пошла бы развеселила его.

— Иди сама. Предпочитаю, зря не напрягаться. — Она уселась на табурет, закинув ногу на ногу так, что юбка поднялась выше колен, но до известного предела.

— Если ты ждешь Брюса, то можешь на вечер о нем забыть. Он не придет, — оборвала ее Лила.

— Что? — Джессика чуть не упала с табурета.

— Позвонил в последнюю минуту и сказал, что идет на какую-то тусовку в колледж. Сама знаешь, Брюс любит старых.

Сердце у Джессики забилось где-то в туфлях, взятых, конечно, у Элизабет. Значит, Брюс сюда и не заглянет. Это после всех ее мучений! Ей ничего не стоит свить из него веревку, но для начала надо его заполучить хоть на полсекунды. Она знала, что будет трудно, но трудности ее не беспокоили. Письмо Инид уже сделало половину дела.

Вспомнив, как расстроилась Элизабет, Джессика почувствовала легкий укол совести. Откуда ей было знать, что Инид подумает на сестру? Во всем виновата она сама. Если так небрежно обращаться с письмами, рано или поздно нарвешься на неприятности.

«Надо же, Брюс пойдет на бал с девчонкой, которой не то девятнадцать, не то двадцать. Я и не думала, что такие старухи ходят на школьные танцульки».

Джессика больше не слушала Лилу. В голове у нее, как треснутая пластинка, кружилась одна фраза: «Брюс пойдет на бал с девчонкой…»